Колонка в "Новой": КОГО БОИТСЯ КРЕМЛЬ

КОГО БОИТСЯ КРЕМЛЬ
Парадокса заключается в том, что как раз в отношении к Путину и его системе власти, никаких "двух Россий" нет, но для Путина очень важно, чтобы в двух Россиях об этом не узнали.

Слишком яркое впечатление, произведенное на общественность московскими протестами — их внезапной вспышкой и столь же обескураживающе внезапным отступлением, — мешает, кажется, увидеть итоги минувшей выборной зимы в целом. Посмотреть картинку целиком. Между тем протесты были далеко не единственной неожиданностью: изменения происходили сразу в нескольких измерениях.


Read more...Collapse )

Контуры общей картины

Итак, несколько сугубо предварительных тезисов по общей картине состоявшегося.

1.      1.  Итоги голосования весьма интересны. Москвичи отстояли Москву. Митинги и наблюдатели сделали свое дело. В Москве власти испугались фальсифицировать итоги. Они их искажали накрутками известными способами, но тотально не фальсифицировали. По всей видимости, московский результат лежит где-то в диапазоне 41-44%.

Питеру надо иметь в виду. Одних наблюдателей мало. Необходима также массированная митинговая кампания по итогам обмана.

2.      


Read more...Collapse )

Опять об «большинство», или Анатомия Великой Победы

Опять об «большинство», или Анатомия Великой Победы.

В российском образованном классе все еще чрезвычайно силен комплекс унтер-офицерской вдовы. Комплекс унтер-офицерской вдовы - это острое и неизбывное стремление как-нибудь так извернуться, чтобы самому себя высечь.

Вот типичный комментарий последних дней: «Даже если приписки составили всюду 15-20%, все равно у него большинство. И от этого никуда не денешься». Милый, тебе в школу надо, учить матчасть. Где же здесь большинство? Вычитание проходил?

Ты, может, хотел сказать: все равно его результат с большим перевесом превосходит результат его соперников? Да, это так. Только соперники-то были – три калеки и баскетболист. Последний, кстати, несмотря на то, что его вытащили прямо из спортзала и снабдили всеми отрицательными характеристиками (бабник и олигарх) - и то сходу взял 15-20%.

Итак, трех-ходовка, при помощи которой лепится миф о «большинстве».

Берем трех калек и баскетболиста с плохими характеристиками в качестве соперников. Которые к тому же еще работают демотиваторами для нормального человека: чтобы он на выборы не ходил. Потом, при крайнем напряжении простаты всей государственной машины добиваемся над ними решительного перевеса. Потом до-вбрасываем еще 15-20%. И – о, чудо! – получаем из кукышки Героя Нации, распорядителя «большинства», Безальтернативного Лидера.

И глядишь, оппозиция сама пошла к фонарному столбу долбаситься лбом о бетон в слезах и раскаяньи: о, я нелепая дева, нет на мне божьего благословения, а на нем есть!

Ну, а те, кто мечтает и здесь извернуться, чтобы себя все-таки наконец, не взирая ни на что высечь, почитайте наблюдателей из провинциальной России. Их там было немного, но тем и примечательны их рассказы, ибо если с имеющимися наблюдателями происходило такое, то без них-то что делалось? Вот вам подборочка.

Питер - http://kvasov.livejournal.com/292672.html

Ставрополь - http://ticlacauan.livejournal.com/18489.html

Казань - http://atariks.livejournal.com/26210.html

Уфа - http://nikitosroger.livejournal.com/2443.html

Воронеж - http://www.y-voronezh.com/index.php?module=news&do=more&id=489

Семилуки - http://fiery-power.livejournal.com/1001.html

Самара - http://petronij.livejournal.com/44805.html

Саратов - http://dr-sitkov.livejournal.com/3651.html

Дагестан - http://papa-lyosha.livejournal.com/35817.html

Когда прочтете, можете сделать, как предлагает собравшая эту коллекцию А. Б-О.: вбиваете в яндекс-блоги слово «наблюдатель» + название любого провинциального города. И читайте хоть сутками. Будет интересно. Ну, а если и этого вам не хватит для того, чтобы перестать говорить о «большинстве». То вам, действительно, стоит извернуться и хорошенько себя высечь. Только уж не филоньте. А то – знаю я вас, самоедов.

Вдогонку модным спорам

Вдогонку модным спорам о вчерашней речи.

Да, Путин артистичен, он умеет быть артистичен. Но путинский артистизм имеет характерную черту. Он просыпается и расцветает тогда, когда Путин уверен, что полностью владеет ситуацией. Вообще, этот артистизм почти всегда имеет одну и ту же главную ноту: он замешан на ощущении собственной силы, превосходства. Тут Путин впадает в некую эйфорию - быстро шутит, перекатывает смыслы из руки в руку. И при этом непременно кого-то давит, прибивает к полу. Этот артистизм всегда – реализация превосходства. Упоение превосходством и силой. Он - демиург, держащий в руке всех и все. Le roi thaumaturge.


Read more...Collapse )

Перечитывая Шварца

По поводу благородной и изящной колонки Юры Сапрыкина не получается не возразить в поддержку MR.
Мне кажется, что среди круга обсуждаемых лиц – тех, кто согласился агитировать за Путина, мы интуитивно различаем две категории. Тех, кто делает это преимущественно в личных целях, пусть даже и камуфлированных под общественные. Их мы знаем и по лицам их, и по делам, и по той примете, что участвуют они в таких штуках не впервые. И тех, чьи цели выглядят для общественности в большей степени общественными. Это даже не две категории, а два полюса. И не хочется выводить здесь формулы подлости: вот до сих можно, а дальше – фи. Но хочется высказать два соображения как бы не в лоб, а со стороны.

Первое, вот, скажем, применительно к артисту, который строит театр. Ему лично премьер помог строить театр. Но эти деньги премьер ведь брал не из своего кармана. И у кого-то эти деньги, таким образом, были забраны. И артист, строящий театр, наверное, достоин этого: чтобы у кого-то деньги взяли и дали ему, почему нет? Но вот только получается, что взвесить это достоинство теперь очень трудно. Получается, что дали ему не за то, что он достоин, а за то, что его достоинство можно употребить.

И кстати, кроме того, что премьер кому-то давал, он много у кого, бывало, и отнимал. Причем, не только нефтяные компании, а вот как раз общественно-полезные вещи. Ну, например, он отнял у старейшего российского социолога Юрия Левады созданный им центр изучения общественного мнения. Взял и отнял, выгнал на улицу старика. И получается, что, вот теперь отдавая благодарность за то, что тебе дали, ты еще и ставишь подпись под теми отъемами, которыми премьер уравновешивал свои дары. Уж придется принимать этого премьера со всеми его прихотями и хотелками. Тиран он и есть тот, кто, кому хочет дает, а у кого хочет, отнимает. Наверное, артист играл на своем веку в пьесах, где как раз было про это?

И еще одно, продолжая ту же мысль, но применительно к самой ситуации с роликами. Ведь вот достойные люди, которые сочли, что в интересах общественного блага им лучше согласиться на участие в роликах, они ведь знают, что в случае отказа они бы потеряли: кому-то не додали бы обещанного, у кого-то отняли бы уже даденное. И они решили защитить свое дело. Но ведь есть, вероятно, люди, которые на это не согласились. Точно такие же люди, со своими достойными проектами, со своими рисками. Но которые отказались. И ведь у них теперь отнимут – финансирование там, какие-то ресурсы, возможность сделать какую-то давно замысленную работу. ИМ БУДУТ МСТИТЬ.

И именно это обстоятельство, мне кажется, должно быть нравственно непереносимо сейчас для тех людей с совестью, которые согласились в этом участвовать. Они хвалили человека, который будет мстить. Мстить, неся, в частности, их имена на флаге.

Колонка в "Новой"

Спасибо Путину за это

Митинги за честные выборы, – по мере того, как шок от их феерического старта проходит, – вызывают все большее брожение умов и недоумение. Протестное движение многим кажется каким-то политически неполноценным и противоречивым. Претензии к митингам сводятся чаще всего к следующим пунктам. Во-первых, в них подозревают нечто опасно революционное, некое расшатывание основ, за которым неизвестно что последует. Вторая претензия состоит в том, что у митингов нет начальства, а потому они «не способны к диалогу», к переговорам и компромиссу. В-третьих, считается, что у митингов нет полноценной политической программы, так сказать – видения будущего. Они, дескать, против, а не за.Ну, и наконец, многих возмущает соседство на митингах либералов, коммунистов, националистов и бог знает, кого еще.

Первоначально эти претензии были сформулированы властями, но среди здравых и даже умудренных людей чувство беспокойства по поводу политической неполноценности протестовтоже нарастает. Дело движется какой-то непривычной дорогой, и это настораживает.

Однако претензии эти, если разобраться, выглядят странными.Вот вы пришли, к примеру, в магазин, купили мяса, того-сего на 400 рублей. Протянули тысячу, вам возвращают 100 рублей и говорят: «Следующий». Вы – возмущаться, мол, где моя сдача, еще 500 рублей? А вам в ответ: бунт?! революция?! «Мужчина, я сейчас милицию вызову, если хулиганить не перестанете». Вы повторяете: я не бунтую, просто верните мне сдачу. Вам говорят: ну, идите в суд в таком случае, если, конечно, можете документально подтвердить, что у вас была эта тысяча; есть у вас документик? Вы все свое твердите тупо: верните мне мои деньги.«Ах, так!- говорят, внезапно смягчаясь,- хорошо, мы видим, вы самый приличный тут, в очереди, креативный такой. Давайте тогда решать это за столом переговоров, вступим в цивилизованный диалог. Вы назначьте своих представителей и четко сформулируйте, что вам не нравится конкретно. Может быть, освещение у нас плохое (мы, кстати, сами его собрались менять, решение уже принято), качество мяса вас не устраивает? Давайте назначим экспертизу. Вы только четко определитесь с претензиями, чтобы конструктивно обсуждать. Программа у вас, кстати, есть какая-то позитивная? Как добиться лучшего качества мяса, например. И вот, кстати, эти пресловутые 500 рублей, что вы с ними собираетесь, к примеру, делать? Пива на них купить? Или вам деньги ради денег нужны, просто из постыдного такого меркантилизма?»

Глупо, не правда ли? И предлагая переговоры, вам,в сущности, навязывают представление, что ваше возмущение обманом – это лишь предлог. Владимир Путин в сердцах так и высказался, что, мол, все эти разговоры о честных выборах – это чтобы захватить власть, и потом делать точно тоже, что и я. Однако и вполне серьезным, добронамеренным людям кажется, что выборы – это как-то недостаточно для преобразования страны. Должна быть еще программа.

По мне же, напротив, трудно придумать более содержательную, ясную, конструктивную и важную политическую программу, чем та, которая выдвинута митингами и которая сводится всего к трем словам: «За честные выборы». И дело здесь не в ее моральном пафосе. Наоборот, вопрос в некотором смысле сугубопрактический. Ибо что такое борьба за честные выборы? Это борьба за институты. Борьба за процедуру. Потому что демократия и право имеют в основе своей, в конечном счете, процедуру. А не сговор, между прочим.

Наш слишком богатый опыт неудач в области институциональных реформ требует какого-то более жесткого разбора полетов. Возможно, причина кроется в двойной ошибке: в желании «реформ широким фронтом», во-первых, и в уповании на «добрую волю» в качествеих основного двигателя, во-вторых.

Происходит это примерно так. Идеологи реформ искренне убеждены, что реформы должны быть комплексными и полными, чтобы перескочить всякие неприятные моменты роста. Они хотят построить зрелое и современное общество. А для этого у нас должны быть: сильная партийная система, развитое гражданское общество, независимый суд, хорошая полиция, эффективная бюрократия, подлинно независимые СМИ… Но пока этот список читают лишь до середины, общество, которому как приговор врача перечисляют его недуги, впадает в безнадежную апатию и теряет к процессу всякий интерес. А реформаторы приходят к убеждению, что осуществить масштабный проект можно только «сверху», с помощью правильной «власти».

И надо сказать, «власть» всякий раз с удивительной охотой берется за дело. Хотите дерегулирование – пожалуйста, хотите реформу судов – пожалуйста, милиции – да на здоровье. И не успел еще газон Репинского сквера очухаться от нашествия гражданственных ботинок, как гражданин Медведев уже взбежал на трибуну с кипой листков, в которых была изложена реформа политической системы. Заказывали? Получите.

Из всех этих потуг всегда рождался разной степени благообразия мертвый плод. По той простой причине, что главным стержнем институционального строительства должно стать собственно изъятие власти у «власти» и передача этой власти институтам. Поэтому с каким бы упорством, а порой и искренностью, «власть» ни трудилась над внешним и внутренним устройством институциональных гомункулов, у всех у них оставалось одно главное свойство – их дисфункциональность.

Но институты – это не дизайн гостиной, не прическа, не следствие «доброй воли» или полюбовной договоренности. Сутью института является принуждение. И пока мы не способны обеспечить принуждение, не будет и института. А один муляж.

Той модели, которой мы были привержены много лет, модели, где осознавшая свою ответственность перед будущим, правильная «власть», наконец, осуществит комплексные институциональные реформы, можно хотя бы в порядке эксперимента противопоставить другую. Модель, в которой общество консолидируется для принуждения к исполнению хотя бы одного, но функционирующего правила – правила для всех. Например, такого: выборы должны быть честными, и точка. И, кстати, видимо, именно существование такого общего правила, непреодолимой преграды даст импульс к постепенной трансформации других квазиинститутов. Потому что закон и суд, к примеру, станут потребностью не тогда, когда мы проведем какие-то хитроумные реформы, а когда угроза потери власти и с нею собственности (вследствие неопределенного исхода выборов) станет более или менее реальной перспективой для любого игрока.

У этого рассуждения есть еще два следствия. Первое: политические программы и «видения будущего страны» имеют мало веса сегодня и вряд ли могут всерьез увлечь общество, пока мы не можем принудить власть проводить честные выборы. А второе – да, нам придется стоять рядом с коммунистами и националистами. Потому что, во-первых, только на базе очень широкого консенсуса мы сможем добиться поставленной цели. А во-вторых, и потому, что одним из результатов борьбы за честные выборы будет как усиление левых (правда, более умеренных, без папаши Зю), так и легализация умеренных националистов. Ибо едвали удастся провести такую политическую реформу, единственными бенефициарами которой станут «Парнас» и «Солидарность». Не надейтесь.

Последнее, наверное, кому-то покажется плохой новостью. Но парадокс отчасти заключается в том, что спрос в стране на институты, кажется, гораздо выше, чем на партии. И это хорошая новость. Спасибопутинузаэто.

Дмитрий Медведев и выборы 4 марта

Если я не просто невыспался и если я не идет, то сегодня утром произошло действительно, выражаясь словами Владислава Юрьевича Суркова, тектоническое событие. Дмитий Иедведев внес в Думу законопроект, ставящий под сомнение выборы 4 марта. Подробности - письмом.
 колонка - в Forbes-online: ШАГ К ВЫХОДУ ИЛИ ШАГ В ПРОПАСТЬ? Своими инициативами Дмитрий Медведев поставил под сомнение выборы 4 марта